Характеристика княжны Мери в романе «Герой нашего времени» (М. Ю. Лермонтов)

Кто такая княжна Мери в «Герое нашего времени»

Княжна Мери Лиговская, молодая московская аристократка, дала имя четвёртой повести романа М. Ю. Лермонтова. С ней связана самая подробная любовная история книги. Всё, что читатель о ней знает, увидено глазами Печорина. Повесть «Княжна Мери» написана как его дневник: записи идут по числам с 11 мая по 16 июня, а развязку он дописывает позже, в крепости, куда его отправили после дуэли.

Мери приезжает на Кавказские воды вместе с матерью, княгиней Лиговской. В первой же записи юнкер Грушницкий, армейский приятель Печорина, говорит о приезжих: «Нынешний год из Москвы одна только княгиня Лиговская с дочерью». Мери зовут на английский лад, это форма имени Мария. Грушницкий так и объясняет: «дочь ее Мери, как она ее называет на английский манер». Об отце в романе ничего не сказано. В последнем разговоре княгиня сама описывает положение семьи: «я богата, она у меня одна...» Значит, Мери единственная наследница богатого дома и завидная невеста.

Возраст героини не назван. В записи 3 июня Печорин спрашивает себя, зачем он добивается любви «молоденькой девочки», которую не хочет ни обольщать, ни брать в жёны. Опыт светской жизни у неё при этом уже есть. Доктор Вернер, знакомый Печорина, рассказывает, что княжна «была одну зиму в Петербурге, и он ей не понравился». В системе персонажей Мери оказывается на пересечении нескольких линий. В неё влюблён Грушницкий. Печорин начинает ухаживать за ней, чтобы досадить Грушницкому, а позже ещё и ради Веры, женщины, которую он когда-то любил: он даёт ей слово «волочиться за княжной, чтоб отвлечь от нее внимание».

Внешность княжны Мери

Первый портрет Мери Печорин рисует 11 мая, когда мимо источника проходят две дамы, пожилая и молоденькая. Лица за шляпкой он не разглядел, поэтому сначала описывает наряд и манеры. Обе дамы одеты «по строгим правилам лучшего вкуса: ничего лишнего!». На Мери закрытое платье жемчужно-серого цвета (gris de perles) и лёгкая шёлковая косынка на шее. Лучше всего Печорин запоминает походку: «Ее легкая, но благородная походка имела в себе что-то девственное, ускользающее от определения, но понятное взору».

В лице княжны Печорин выделяет прежде всего глаза. Он называет их бархатными и объясняет почему: «нижние и верхние ресницы так длинны, что лучи солнца не отражаются в ее зрачках». Тут же он снижает собственный восторг: «Впрочем, кажется, в ее лице только и есть хорошего...» А затем деловито спрашивает, белы ли у княжны зубы. Грушницкий возмущён, что о девушке говорят, как об английской лошади. Эта сцена объясняет весь портрет. Мы видим Мери такой, какой её видит холодный знаток, а не влюблённый.

Остальные черты внешности рассыпаны по разным записям. На балу 22 мая Печорин замечает у княжны ироническую гримаску, которая очень идёт к её «подвижной физиономии». Там же он отмечает, что Мери прекрасно вальсирует. Её вкус признают и другие: многие дамы смотрят на неё с завистью, потому что «княжна Мери одевается со вкусом». Ночью 15 июня Печорин случайно видит её в окне: «ее густые волосы были собраны под ночным чепчиком», на плечах большой пунцовый платок.

К концу повести внешность Мери меняется вслед за её судьбой. Уже 7 июня Печорин записывает: «Тусклая бледность покрывала милое лицо княжны». При последней встрече от прежней нарядной барышни почти ничего не осталось: «ее нежные руки, сложенные на коленах, были так худы и прозрачны, что мне стало жаль ее». Живыми остаются только глаза. Произнося свой последний ответ, Мери стоит перед ним «бледная, как мрамор, только глаза ее чудесно сверкали».

Характер княжны Мери

Характер княжны Мери складывается из поступков, которые Печорин записывает почти каждый день. Её черты спорят друг с другом. Гордость уживается в ней с добротой, кокетство с искренностью, а книжные представления о любви с настоящим сильным чувством. Каждая из этих черт видна в конкретной сцене.

Доброта и сострадание

Доброту Мери показывает самый первый эпизод с её участием. Раненый Грушницкий роняет у источника стакан и никак не может поднять его из-за больной ноги. Княжна видит это: «Легче птички она к нему подскочила, нагнулась, подняла стакан и подала ему с телодвижением, исполненным невыразимой прелести». Порыв искренний, но за ним сразу следует страх перед чужим мнением. Мери «ужасно покраснела, оглянулась на галерею» и успокоилась, только убедившись, что мать ничего не видела.

Именно на этой черте Печорин строит свою игру. На прогулке к провалу 3 июня он рассказывает княжне о своей юности, о том, как его никто не понимал, и называет себя «нравственным калекой». Мери не смеётся: «в них бегали слезы; рука ее, опираясь на мою, дрожала; щеки пылали; ей было жаль меня!» Печорин с расчётом замечает, что сострадание «впустило свои когти в ее неопытное сердце». Доброта делает героиню беззащитной.

Гордость и светская надменность

Московская княжна привыкла к поклонникам и смотрит на них свысока. По словам Вернера, княгиня любит молодых людей, а «княжна смотрит на них с некоторым презрением: московская привычка!». Обид Мери не прощает. Когда Печорин в первый же день навёл на неё лорнет, это её рассердило не на шутку. Когда же он стал переманивать её обожателей, она ответила колкостями: «мне уже пересказали две-три эпиграммы на мой счет, довольно колкие, но вместе очень лестные».

Гордость Мери видна и в истории с персидским ковром. Княжна уговаривала мать купить его, Печорин перебил покупку, дав сорок рублей сверху, и получил в ответ взгляд, «где блистало самое восхитительное бешенство». Не всем в обществе нравится её высокомерие. Толстая дама на балу жалуется кавалеру: «Эта княжна Лиговская пренесносная девчонка!» Мери толкнула её, не извинилась и ещё посмотрела на неё в лорнет. За эту обиду княжну потом и пытаются публично унизить.

Ум и образованность

Для своего круга Мери образованна. Вернер сообщает, что мать «питает уважение к уму и знаниям дочки, которая читала Байрона по-английски и знает алгебру». Ум княжны Печорин признаёт после мазурки 22 мая: «ее разговор был остер, без притязания на остроту, жив и свободен; ее замечания иногда глубоки...» Ответить она умеет тонко. Когда Печорин небрежно хвалит её пение, Мери замечает, что тем более польщена, раз он её вовсе не слушал.

В людях она разбирается неплохо. На прогулке к провалу Мери первой называет главное в Печорине: «Вы опасный человек!» Но ум её воспитан книгами, а не опытом. Вернер замечает, что княжна «любит рассуждать о чувствах, страстях и прочее». Услышав от матери о петербургских похождениях Печорина, она представляет его себе по прочитанным романам: «В ее воображении вы сделались героем романа в новом вкусе...» Такого героя Печорин перед ней и сыграет.

Кокетство и желание нравиться

В начале повести Мери ведёт себя как светская барышня, которая следит за впечатлением. У Лиговских 23 мая ей хочется смеяться шуткам Печорина, но она сдерживается: «она находит, что томность к ней идет». Грушницкий интересует её, пока она считает его разжалованным за дуэль. На балу она быстро переспрашивает: «А разве он юнкер?..» Разочарование слышно в этом вопросе без всяких пояснений.

Остроты Мери бывают жестокими. Грушницкий, надевший наконец офицерский мундир, упрекает её в перемене, и она отвечает: «Потому что я не люблю повторений». Тут же она обращается к Печорину: «Не правда ли, мсье Печорин, что серая шинель гораздо больше идет к мсье Грушницкому?..» Обиженный Грушницкий называет её кокеткой. Даже Печорин, сам затеявший всю игру, заступается за неё: «Чем она виновата, что ты ей больше не нравишься?..»

Искренность и смелость в любви

Когда кокетство уходит, открывается самая сильная черта Мери: любить наполовину она не умеет. На переправе через горную речку Подкумок 12 июня Печорин целует её и нарочно молчит. Княжна мучается и наконец говорит: «Или вы меня презираете, или очень любите!» Затем она решается на то, что для девушки её круга почти немыслимо: «вы, может быть, хотите, чтоб я первая вам сказала, что я вас люблю?..» Даже Печорин признаёт: «В решительности ее взора и голоса было что-то страшное...»

На следующее утро у источника Мери готова переступить через волю семьи. Она сама придумывает Печорину оправдания и обещает упросить родных: «но знайте, что я всем могу пожертвовать для того, которого люблю». Она хватает его за руки, хотя их могут увидеть гуляющие больные, самые любопытные сплетники на водах. Печорин высвобождает руку и отвечает, что не любит её.

Чувство собственного достоинства

Даже влюблённая, Мери не позволяет себя унижать. Когда 7 июня Печорин без доклада входит к ней в гостиную, она закрывает лицо руками, но говорит прямо: «Вы меня не уважаете!.. О! Оставьте меня!..» После поцелуя на переправе её тоже прежде всего волнует уважение: «не правда ли, во мне нет ничего такого, что бы исключало уважение?» Услышав отказ у источника, она не умоляет, а едва внятно просит: «Оставьте меня». В финале, больная и измученная, Мери отвечает на холодное объяснение Печорина одной фразой: «Я вас ненавижу...» За этими словами стоит гордость, которую не сломали ни любовь, ни обида.

Отношения с другими героями

Княжна Мери связана с четырьмя персонажами повести, и каждая связь открывает в ней что-то своё.

Печорин

Печорин для Мери сначала враг, потом загадка, потом любовь всей её юности. Ещё до знакомства она спрашивает Грушницкого: «Кто этот господин, у которого такой неприятный тяжелый взгляд?» На балу, после того как Печорин избавил её от пьяного господина, она говорит ему: «Вы странный человек!» Для Печорина же всё с самого начала затея от скуки. Узнав, что княжна заинтересовалась Грушницким, он радуется: «Завязка есть!» 3 июня он сам спрашивает себя, зачем добивается любви девушки, на которой никогда не женится, и честного ответа не находит. Перед последним объяснением он признаётся: «как я ни искал в груди моей хоть искры любви к милой Мери, но старания мои были напрасны».

Грушницкий

Грушницкий влюбляется в Мери после истории со стаканом, и вскоре у него появляется серебряное кольцо, на котором вырезано её имя и число того дня. Её же привлекает не он сам, а солдатская шинель, за которой она угадывает романтическую тайну. Когда тайна исчезает, остаются только его пышные фразы. На балу 5 июня Печорин записывает: «После третьей кадрили она его уж ненавидела». Оскорблённый Грушницкий мстит. После ночного переполоха он при всех намекает, что к княжне кто-то ходит по ночам: «Какова княжна? а? Ну, уж признаюсь, московские барышни!» Эта клевета и приводит к дуэли.

Княгиня Лиговская

Мать уважает ум дочери и уверяет доктора, что дочь её «невинна как голубь». Опекает она её, однако, рассеянно. Печорин замечает, что за ухаживаниями Грушницкого княгиня не следит, потому что он не жених: «Вот логика матерей!» Мери от матери ничего не скрывает. После бала она рассказывает ей, как Печорин её выручил, а в конце признаётся и в своей любви. Ради дочери княгиня сама предлагает Печорину брак: «я хочу только счастья дочери».

Вера

Вера, жена дальнего родственника Лиговских, становится для Мери подругой, и княжна, ничего не подозревая, доверяет сопернице свои тайны. Печорин записывает 4 июня: «Княжна вздумала, кажется, ей поверять свои сердечные тайны: надо признаться, удачный выбор!» Вера ревнует, но жалеет девушку: «она влюблена в тебя до безумия, бедняжка!..» Рядом с Верой хорошо видно, чего не хватает Мери. Вера знает Печорина со всеми его слабостями, а Мери любит придуманного ею героя романа.

Как меняется княжна Мери по ходу сюжета

Княжна Мери меняется сильнее всех персонажей повести, и путь её укладывается в чуть больший срок, чем месяц. В мае это уверенная в себе светская красавица, окружённая адъютантами и москвичами. Она сердится на дерзкого армейца, сочиняет на него эпиграммы и благосклонно слушает Грушницкого. Перелом наступает на балу 22 мая, когда Печорин избавляет её от унизительной сцены с пьяным господином. Благодарность становится первым шагом к доверию.

После прогулки к провалу и рассказа Печорина о себе прежняя игра заканчивается. 4 июня он сам удивляется перемене: «Куда девалась ее живость, ее кокетство, ее капризы, ее дерзкая мина, презрительная улыбка, рассеянный взгляд?..» 12 июня, после признания на переправе, Мери держится с лихорадочной весёлостью: «До самого дома она говорила и смеялась поминутно». Ночью 15 июня Печорин видит её над раскрытой книгой, и глаза её «в сотый раз пробегали одну и ту же страницу». Роль томной барышни сменилась настоящей тоской.

В финале Мери больна. Вернер говорит о расслаблении нервов, а княгиня уверена: «Печаль тайная ее убивает». Печорин поражён, увидев её: «Боже! Как переменилась с тех пор, как я не видал ее». Любопытно сравнить её судьбу с его ранним прогнозом. 16 мая он уверял Грушницкого, что такая княжна накокетничается вдоволь, а года через два выйдет замуж за урода из покорности к маменьке. Вышло иначе: игра стала для неё любовью, а любовь страданием. Печорин уезжает в крепость, и в его записях история Мери на этом обрывается.

Отношение автора и смысл образа

Лермонтов нигде не оценивает Мери прямо: о ней рассказывает Печорин, человек насмешливый и пристрастный. Но текст показывает больше, чем хочет сказать рассказчик. Из его же записей видно, что обычная светская барышня оказалась способна на искреннее и смелое чувство. Судьба Мери становится мерой печоринского эгоизма: на ней читатель видит, чем оборачивается опыт над чужой душой, когда игра от скуки ломает живого человека.

Цитатная характеристика

Черты княжны Мери и цитаты из повести «Княжна Мери»

Черта	Цитата	Глава
Изящество, вкус	«Ее легкая, но благородная походка имела в себе что-то девственное, ускользающее от определения, но понятное взору»	«Княжна Мери», 11 мая
Доброта	«Легче птички она к нему подскочила, нагнулась, подняла стакан»	«Княжна Мери», 11 мая
Светская гордость	«княжна смотрит на них с некоторым презрением: московская привычка!»	«Княжна Мери», 13 мая
Образованность	«читала Байрона по-английски и знает алгебру»	«Княжна Мери», 13 мая
Живой ум	«ее разговор был остер, без притязания на остроту, жив и свободен»	«Княжна Мери», 22 мая
Желание нравиться	«она находит, что томность к ней идет»	«Княжна Мери», 23 мая
Сострадание	«ей было жаль меня!»	«Княжна Мери», 3 июня
Решимость в любви	«я всем могу пожертвовать для того, которого люблю»	«Княжна Мери», 12 июня
Достоинство	«Вы меня не уважаете!.. О! Оставьте меня!..»	«Княжна Мери», 7 июня
Гордость в страдании	«Я вас ненавижу...»	«Княжна Мери», финал