Характеристика Всеволода в поэме «Слово о полку Игореве»

Кто такой Всеволод в поэме о походе князя Игоря

Всеволод Святославич приходится князю Игорю родным братом и в походе на половцев идет рядом с ним как самый отчаянный боец. С первого появления поэт зовет его «буй-тур Всеволод», и это прозвище держится за героем до последней строки. В походе 1185 года Всеволод ведет собственную дружину из Курска, бьется вместе с братом на реке Каяле и вместе с ним попадает в плен. Цитаты в разборе даны по стихотворному переложению Мея. В нескольких местах приведен древнерусский текст первого издания 1800 года: некоторые оттенки смысла там слышнее.

О своем происхождении Всеволод говорит сам, и очень коротко: «Оба мы Святославичи». Братья принадлежат к черниговской ветви Ольговичей, они внуки князя Олега, которого поэма называет Гориславичем. Поэтому князей, заночевавших в степи после первой удачной стычки, автор называет «гнездо Олега храброе». Отцовский престол братьев находился в Чернигове. В рассказе о битве поэт вспоминает, что Всеволод в сече забыл «И Чернигов, и отцовский золотой престол».

Собственная земля Всеволода обозначена в тексте одной подробностью: его кони «У Курска сготовленны», а воины зовутся курянами. По летописи исторический Всеволод владел Трубчевском и Курском, но в поэме назван только Курск. Возраст героя автор не называет и о его жизни до похода не рассказывает. Упомянута лишь жена князя, о которой он тоже забыл в бою. О ее привычках и нраве сказано в строке «Красной Глебовны, обычаи и свычаи».

Среди персонажей Всеволод стоит рядом с Игорем, но не в центре. Игорь задумывает поход, говорит с войском, видит затмение, а потом бежит из плена. Всеволод действует только в двух сценах: на сборах перед выступлением и в разгар битвы на Каяле. Голос он подает один раз. Дальше о нем вспоминают другие: бояре Святослава Киевского, сам великий князь и певцы в финале.

Как не спутать Всеволода с тезками

В «Слове» упомянуто несколько князей по имени Всеволод, и брату Игоря нередко приписывают чужие строки. Обращение «Князь великий Всеволод!» из «золотого слова» комментаторы относят к владимиро-суздальскому князю Всеволоду Юрьевичу, которого позднее прозвали Большое Гнездо. Это о нем сказано, что он может «разбрызгать Волгу веслами». Слова «Ярослава-князя мощный сын» говорят о Всеволоде Ярославиче, сыне Ярослава Мудрого, который жил примерно за сто лет до похода. Еще один Всеволод назван в призыве к князьям рядом с Ингварем, а другой упомянут как брат погибшего князя Изяслава. Брата Игоря проще всего узнать по прозвищу. Дружины Рюрика и Давыда поэт лишь сравнивает с турами, а туром постоянно зовет только его.

Внешность Всеволода

Портрета Всеволода в поэме нет: о лице, росте и годах князя автор молчит. Облик героя складывается из прозвища и нескольких боевых подробностей. Тур был диким лесным быком с огромными рогами, могучим и опасным зверем. Одно это слово сразу сообщает читателю о тяжелой силе князя и его напоре в атаке. Слово буй обычно толкуют как смелый, дерзкий, неукротимый, а яр как яростный, горячий. На сборах поэт называет князя буй-туром, в битве яр-туром. Сначала мы видим отвагу, потом ярость сражения.

Единственная зрительная деталь связана с доспехом. В бою на Каяле князя видно издалека по шлему: «Где на туре золотой шелом посвечивал». По этому блеску можно проследить путь Всеволода в гуще схватки. Остальное оружие названо в обращении к нему: стрелы и меч, которым он гремит о вражеские шлемы «мечом булатныим». В древнерусском тексте у меча другой эпитет, он «харалужный», то есть из закаленной стали.

Золотые шлемы есть в поэме и у других князей, но звучат они иначе. Обращаясь к Давыду и Рюрику, автор вспоминает: «Ваши шлемы золоченые» уже «По реке кровавой плавали». Там это примета разгрома. Шелом Всеволода, наоборот, блестит в атаке, впереди войска, пока битва еще идет.

Вместо описания внешности поэт показывает движение. Мы не знаем, как выглядел Всеволод, зато видим, куда он скачет и что остается за ним: «Там легли горою головы». Облик героя держится на действии и гиперболе.

Характер Всеволода

Характер Всеволода раскрывается в двух эпизодах и в отзывах других героев. Говорит он один раз, перед походом. Все остальное о нем сообщают поступки в бою и слова Святослава Киевского.

Преданность брату

Первые слова Всеволода обращены к Игорю, и начинает он не с похода, а с любви к брату:

Нет мне свету светлого, Кроме брата милого, Игоря родимого: Оба мы Святославичи.

Сборы в поход

В древнерусском тексте эта мысль звучит еще сильнее: «одинъ братъ, одинъ свѣтъ свѣтлый ты Игорю». Брат для Всеволода единственный свет, и других доводов в пользу похода ему не нужно. Он не спрашивает о цели и не советует подождать. Игорь в Путивле еще только поджидает брата, а у того все давно готово: «Седлай брат лихих коней, А мои оседланы». Всеволод не ждет, пока его позовут, он сам торопит Игоря. Решение о походе принял старший брат, но готовность младшего видна в каждом слове.

Гордость своей дружиной

Большая часть единственной речи Всеволода посвящена курянам. О них он говорит с гордостью полководца, который сам вырастил свое войско. Куряне у него «Конники бывалые», они «Под трубами повиты», «Под шеломами взлелеяны», «Концом копьев скормлены». Каждая строка переносит военную жизнь в раннее детство: пеленки, колыбель и первая еда этих людей связаны с войной. Это воины по рождению, а не по случаю.

Дальше Всеволод перечисляет умения дружины, будто опытный командир на смотре: «Дороги им ведомы, Овраги ими знаемы», «Луки их натянуты, Колчаны отворены». Строки короткие, построены одинаково и звучат как воинская присказка. Князь не хвалится, а докладывает. Себя в этой речи он почти не упоминает. Заканчивает Всеволод сравнением, в котором слышно восхищение: куряне скачут по полю, «Словно волки серые». Так уже в первой сцене видна его связь с войском, которую потом проверит Каяла.

Неудержимая храбрость

Главное доказательство храбрости Всеволода дает второй день битвы на Каяле. Половцы окружают русских со всех сторон, и поэт сообщает: «Отступили полки русские». Сразу после этого он обращается к одному герою: «Яр-тур Всеволод! Ты впереди стоишь!» В древнерусском тексте сказано «стоиши на борони», то есть на переднем крае обороны. Войско подается назад, а Всеволод остается там, где опаснее всего, и принимает удар на себя.

Обращение продолжается перечнем действий. Князь «Прыщешь стрелами на воинов», рубит врагов, разбивает их шлемы. Итог его натиска передан гиперболой: «шеломы вражии аварские» разбиты «От тебя ли, яр-тур Всеволод!» Во всем рассказе о битве поэт прямо обращается только к нему. Игорь в этой сцене едва назван, а Всеволоду достается целый гимн воинской доблести.

Самозабвение в бою

Храбрость Всеволода доходит до полного забвения себя. Поэт говорит о нем: «Да и что ему, ребята, головы жалеть». Князь забыл почести, родной Чернигов, отцовский престол и милую жену. В древнерусском тексте вопрос звучит так: «Кая раны дорога, братіе, забывъ чти и живота». Что значат раны для того, кто забыл и о почестях, и о самой жизни?

Эти строки можно читать двояко. С одной стороны, это высшая похвала воину, для которого в бою существует только бой. С другой, в них слышна горечь. Человек, забывший дом и семью, не думает и о том, чем кончится сражение. Самозабвение делает Всеволода великим бойцом, но не дальновидным правителем.

Буйство и самонадеянность

У отваги Всеволода есть обратная сторона, и называет ее Святослав Киевский в «золотом слове». Великий князь упрекает обоих братьев за то, что они не в пору начали поход и стали землю половецкую «Сокрушать мечами, славы ищучи». О сердцах братьев он говорит: «Ваше сердце, в буйстве закаленное», «Сталью крепкою заковано». Слово «буйство» прямо перекликается с прозвищем Всеволода. Сила, за которую его зовут буй-туром, в устах старшего князя оборачивается причиной беды.

Святослав передает и слова, которыми братья будто бы оправдывали свой поход: «Мы сами помужаемся». Тот же глагол звучал в начале поэмы, когда Игорь обращался к войску: «Други-братья! Помужаемся!» Перед походом это был призыв к мужеству. В «золотом слове» он слышится как упрек: братья пошли без союзников, понадеялись только на себя и потеряли войско. Самонадеянность заметна и в речи Всеволода на сборах. Его воины ищут «Себе чести-почести» и славы князю, а о защите Русской земли там нет ни слова. Вину Всеволода поэт от вины Игоря не отделяет и объединяет братьев в строке «Игорь с Всеволодом, худую славу подняли».

Отношения с другими героями

Всеволод и Игорь

Связь Всеволода с Игорем держит на себе весь его образ, и любовь здесь взаимная. В разгар битвы Игорь поворачивает полки на помощь, «Мила брата Всеволода жалеючи». Ради брата он нарушает строй своего войска, и этот порыв становится одним из последних его действий в сражении. На третий день стяги Игоря падают, и поэт отмечает горькую подробность: «Оба брата разлучилися». На Каяле братья разлучились. О том, что стало с Всеволодом в плену, поэма не говорит, а бежит из плена один Игорь.

Братья дополняют друг друга. Игорь думает, обращается к дружине, переживает знамение. Всеволод только действует. Даже их речи перед походом различаются. Игорь говорит о чести и позоре: «А нам лучше быть изрубленным, Чем в позорный во полон попасть». Всеволод говорит о брате и о своих курянах. В речи бояр братья названы одной парой: «Оттого, что оба сокола» покинули отцовский престол, половцы им обоим «Обрубили крылья». Тот же образ повторяется в строке «Оба солнышка померкнули». Для автора поражение братьев так же неразделимо, как их дружба.

Всеволод и Святослав Киевский

Святослав Всеволодович, великий князь киевский, приходился Игорю и Всеволоду двоюродным братом. Поэма при этом называет его то отцом братьев, «Их отец, Святслав, князь Киевский», то дядей: обращаясь к ним, он говорит «Ох, племянники». В древнерусском тексте стоит «о моя сыновчя Игорю и Всеволоде!» Такие обращения обычно объясняют старшинством Святослава: по крови он братьям ровня, а по положению великий князь, старший над ними. Он сурово судит Всеволода за поспешность и горько добавляет: «Посмеялись вы над сединой моей!» Но слово его, как сказано в поэме, со слезами смешано. Святослав не отрекается от братьев, он оплакивает их.

Всеволод и куряне

Куряне для Всеволода не безликая сила, а люди, которыми он гордится. Их цель он определяет вместе со своей: в древнерусском тексте воины скачут, «ищучи себе чти, а Князю славѣ». Честь дружины и слава князя здесь связаны неразрывно. Слова Всеволода сбываются уже в первой стычке: русские вывели изгородь из багряных щитов, «Себе чести, князю славы добиваючи». В бою на Каяле эта связь доведена до конца. Всеволод стоит впереди своих людей и бережет себя не больше, чем их.

Всеволод и Глебовна

Жена Всеволода появляется в поэме один раз, и то в перечне того, что забыл ее муж. Поэт перечисляет, что оставил ради боя яр-тур, и последней в этом ряду стоит «Красной Глебовны, обычаи и свычаи». Деталь мягкая, домашняя, и на фоне рубки она звучит особенно резко. Читатель понимает, что у героя есть дом и любимая жена, но в сражении Всеволод для них потерян.

Как меняется Всеволод по ходу сюжета

Всеволод на протяжении всей поэмы не меняется: каким он выходит в поход, таким и остается в последний момент, когда поэт его показывает. На сборах его кони оседланы раньше, чем брат собрался в путь. На Каяле он стоит впереди отступающего войска. Между этими эпизодами нет ни сомнений, ни раскаяния, ни новых мыслей. После разлуки на Каяле Всеволод исчезает из действия. В плаче Ярославны и в рассказе о побеге Игоря его нет.

Неизменность героя объясняется задачей образа. Всеволод нужен автору как воплощение чистой воинской отваги, без колебаний и расчета. Рядом с ним Игорь выглядит сложнее. Он видит дурное знамение и все-таки идет, а в плену ночью мысленно меряет поле от Дона до родной земли. Всеволод же построен по законам героической песни. У него постоянное прозвище, его подвиг передан гиперболой, и он не рассуждает, а сражается. На таком фоне сомнения и страдания Игоря видны отчетливее.

В финале Всеволод возвращается в текст как участник общей славы: «И тебе, буй-туру Всеволоду». Певцы прославляют его рядом с Игорем и сыном Игоря Владимиром. Чем кончилась история Всеволода, поэма не рассказывает. В памяти читателя он остается тем же туром с золотым шлемом, каким был на Каяле.

Отношение автора и смысл образа

Автор «Слова» восхищается Всеволодом: обращается к нему напрямую, прославляет его натиск и сохраняет за ним почетное прозвище до финальной славы. Но восхищение это не слепое. Через «золотое слово» Святослава поэт показывает, что буйная отвага без единства князей ведет к поражению. В образе Всеволода воплощена сила, которая у Руси была, но оказалась растрачена в одиночном походе ради собственной чести.

Цитатная характеристика

Черты Всеволода и цитаты-доказательства (перевод Мея)

Черта	Цитата	Глава
Любовь к брату	«Нет мне свету светлого, Кроме брата милого»	Сборы в поход
Готовность к походу	«А мои оседланы»	Сборы в поход
Гордость дружиной	«Под шеломами взлелеяны»	Сборы в поход
Храбрость в бою	«Яр-тур Всеволод! Ты впереди стоишь!»	Битва на Каяле
Богатырская сила	«Там легли горою головы»	Битва на Каяле
Самозабвение	«Да и что ему, ребята, головы жалеть»	Битва на Каяле
Буйство, неукротимость	«Ваше сердце, в буйстве закаленное»	Золотое слово Святослава
Самонадеянность	«Мы сами помужаемся»	Золотое слово Святослава
Неразлучность с Игорем	«Оттого, что оба сокола»	Сон Святослава, речь бояр
Слава героя	«И тебе, буй-туру Всеволоду»	Заключительная слава